«Кто не умеет думать — идите мимо»

Автор «Пацанских войн» не хочет, чтобы до ее книг добрались подростки

Анастасию Романчук из Южно-Сахалинска вдохновляет довольно необычная для девушки тема - пацанские войны. Так называется одна из повестей ее «Саги», которая на данный момент состоит из шести полновесных вещей.
Пишет Настя не «из головы» - в полукриминальной, колоритнейшей среде прошли ее детство и юность в сахалинском городке Поронайск. Поэтому прототипы ее героев — реальные люди из плоти и крови.
Повестью «Пацанские войны», которую Анастасия дорабатывала вместе с нами, заинтересовалось «Издательство Стрельбицкого». Оно номинировало книгу - пока доступен ее электронный вариант на www.litres.ru - на участие в литературном конкурсе Михаила Прохорова «НОС».

- Настя, как вы начали писать?

- Меня вдохновила общага «Набережная-3», в которой мы жили с мамой с 1985 по 1998 годы. Ее снесли в начале 2000-х, но о ней до сих пор помнит весь Поронайск. Это была криминальная мекка города. В 14 лет я начала описывать наших соседей. С тех пор и пишу.

Мир, который создала в своих повестях, я бы сравнила с эволюцией Макондо Маркеса. Он писал о Макондо в каждом рассказе, в каждой своей повести, прорисовывал персонажей, населявших замкнутое пространство маленького города. Так, за годы писательской деятельности Макондо дорос до «Ста Лет Одиночества». У меня же моя общага со временем выросла в «Сагу».

- Герои «Саги» - реальные люди?

- На заре своей творческой карьеры американский рэпер Eminem писал скандальные, смелые тексты. Упоминая в них имена реальных людей, чем многих задевал за живое. Но мне бы не хотелось, чтобы на меня однажды, как на Eminem, подали в суд за обнародование тайны личной жизни. Я пришла со своей «Сагой» не затем, чтобы заработать на скандале.

Все мои герои – это собирательные образы, основанные на воспоминаниях о людях, которых я знала в детстве и юности. Некоторые из героев носят имена реальных людей, потому что при создании образов я брала за основу тот или иной прототип. Так, в одном из приложений «Саги» - «Посвящении» - я написала открытым текстом, что на создание данного произведения меня вдохновил Коля Димов Денди. А ниже привела список людей, которым посвятила свой труд. Среди них можно найти имена персонажей из моей книги.

Сюжет книги на девяносто процентов состоит из реальных событий. Однако же, выписывая тот или иной эпизод, я никогда не припишу его настоящему исполнителю. Либо прописываю их другим временем, либо дислоцирую на другой местности и отношу как следствие к другим предпосылкам. В общем, запутываю следы, как могу, балансирую между сочинительством и реальностью. Что-то убираю, заполняя пустоты вымыслом, а что-то оставляю, как оно было в жизни. Перекраиваю типажи из реальных в литературные, чтобы не задеть никого за живое.

- Будущие читатели вашей «Саги» - какими вы их видите?

- Это в первую очередь, мужчины. Те из них, в ком, несмотря на взросление, социальный статус, семейное положение, остался хулиган. Думаю, таких найдется немало. «Бойцовский Клуб», «Бешеные Псы»... «Новообретенный Потерянный Рай» вполне достоин продолжить этот список.

Однако же, очень хочется, чтобы читали и те, кому интересна современная проза, заостряющая внимание на проблемах общества. Потому что я пишу социальную вещь. Потенциально опасный подростковый криминал – вот вам раз. Неблагополучные семьи – два. Тема подростковой психологии – три. Становление личности, воспитывающейся в аморальной среде, уголовной, в соседстве с нищетой и всяким сбродом – четыре. Как результат, девиантное поведение. Призадумается тот, кто умеет думать. Всем, кто думать не умеет, идти мимо.

Заострю внимание: мне бы не хотелось, чтобы до моих книг добрались малолетки. Нужно ставить ценз восемнадцать с плюсом. Потому что юные, не устойчивые еще умы, чертовски хваткие. Чтобы не расценивали «Сагу», как руководство к действию. На полном серьезе. Ненормативная лексика не самое страшное, чему можно в ней научиться.

- Какие книги вдохновляли вас в детстве, а какие - сейчас? Есть ли книги, которые вы перечитывали снова и снова?

- «Заводной Апельсин» Берджеса, «Бесы» Достоевского, «Топи» Жида, «Короли и Капуста» О Генри, «1984» Оруэлла идут со мной по жизни с юных лет. В зрелом возрасте полюбила и возвращаюсь к произведениям Маркеса, Фаулза, есть кое-что у Кинга, «Хладнокровное Убийство» Капоте. Достоевского люблю перечитывать – нравятся женские образы в «Идиоте» и «Униженных и Оскорбленных». Они в состоянии истерики постоянно находятся и чем-то без конца жертвуют.

- А есть книги, которые при повторном чтении вас разочаровали?

- Если я возвращаюсь к книге, априори, разочарования не будет. Иначе бы не вернулась, выбросила бы и забыла, как кучу книг, прочитанных за все годы. Я оставляю в своей жизни только те книги, помимо вышеперечисленных, которые не смогла прочитать ни с первого захода, ни со второго, ни с пятого. Вот такая проблема есть у меня. Сейчас подошла к шкафу, посчитала. Их ровно шесть. Среди них Хемингуэй, как бы это прискорбно ни звучало.

Была одна книга, которая меня разочаровала. «Повелитель Мух». Я читала ее на одном дыхании, я бросила все дела. Но зачем Голдинг вот так это все закончил? Почему превратил захватывающий, исполненный диких эмоций сюжет в дурацкий анекдот? Нафиг там появился офицер в конце? Я не поняла маэстро. Оставила его книгу в своем шкафу. Может, лет через двадцать до меня допрет, зачем он это сделал.

- Кто из писателей является для вас авторитетом?

- Маркес. Читая его произведения, я могу проследить становление его персонажей, эволюцию его авторской фантазии, его личные эмоции. Обычно же читаешь и за книгой автора не видишь. Я люблю Маркеса за то, что в его произведениях вижу его. Габриэль Гарсиа Маркес – это столп мировой литературы лично для меня, и я не знаю вещей, которые трогали бы меня в эмоциональном плане сильнее, чем «Похороны Великой Мамы» и «Полковнику Никто Не Пишет».

- Какие книги вы предпочитаете: электронные или бумажные?

- У меня нет бук-ридера. Я скачиваю тексты в формате PDF и распечатываю. Читаю, а потом выбрасываю. Но если это была стоящая вещь (например, недавно я нашла «Путешествие На Край Ночи» Селина), то я покупаю книгу и ставлю на полку в свой шкаф. Придется ко времени, перечитаю еще раз.

- Как вы пишете? Ждете вдохновения или берете усидчивостью?

- Для меня не составляет труда перетечь из состояния Анастасии Романчук в состояние Зины или Оси-малыша. Я люблю своих персонажей, засим понятия не имею, что такое вдохновение и зачем его придумали.

Усидчивость - не про меня. Никогда не заставляла себя делать то, что не хочу. Пришел Зина (допустим, Зина), постучал по темечку - пишу. Не постучал - не пишу. Дятлов, как Зина, у меня сотня, поэтому почти все свободное время я пишу.

Мне нравится писать и все тут. Моя киса, Маруся, однажды разозлилась на мой прежний ноутбук, отковыряла когтем и разгрызла кнопочки «Принт Скрин» и «Г». А потому что. Кошке тоже нужно внимание.

- Садясь за компьютер, вы уже знаете, о чем и как будете писать? Какая подготовка предшествует собственно писанию?

- Нет никакой подготовки. Есть листки с набросками тем и разводок, от руки каракули. Пачки из-под сигарет с шифрами, вроде такого: «Мужик в Газоне, это Петя Волчок. Кепка Юэсэй, белая рубашка, костюмный жилет». Стикеры с нецензурными образными выражениями, изливаемыми особо крикливыми персонажами. Флешки, на которых куча историй. Как-то раз разархивировала файл из старого мобильника, искала историю Моники и Осла, которую Рыжий всему городу рассказывает. Там же нашла историю, о которой давно забыла: у Колоды, оказывается, за Копытом полтонны меди заныкано. Я графоман, творю посреди собственного бардака, ни о какой планомерной работе и речи быть не может! «Сага» выстраивается, как мозаика, это картинка из паззлов, разбросанных хаосом историй.

- А другие таланты у вас есть?

- Мама мечтала сделать из меня пианиста. Но двенадцать лет обучения фоно пошли коту под хвост. С тех пор, как в поисках лучшей доли в 2002 году я пришла в сферу автомобильных компонентов, я забыла, что есть у меня музыкальная профессия. Верно сказано, Господь умело направляет наши стопы. Запчасти – это та дорога, с которой я не хотела бы сворачивать.

Но музыкальное образование привило мне любовь к хорошей музыке. Я не слушаю то, что продают радиостанции и телевидение. Предпочитаю слушать то, что прошло испытание временем и стало классикой. Но и современную музыку тоже люблю. Встречаются, бывает, талантливые коллективы. Например, дуэт Ancient Astronauts в содружестве с Kabanjak и Azeem. Например, Bonobo, работающий c Erikah Badu и Grey Reverend. Если бы я умела сочинять музыку, или петь на крайняк, не хуже павлина, я бы присоединилась к этим ребятам. Но я не умею, блин, а за так они меня не возьмут...

- Какой из своих романов вы порекомендовали бы к прочтению в первую очередь?

- «Залив Терпения». История Михи Богодула, бессмертного старика, торговца оружием. Повесть напитана мистикой, шокирующей философией социального изгоя. Господь, согласно концепции Михи – это Вдох-Выдох. Вдох есть Апокалипсис, Конец Света. А Выдох есть Строительство (и создал Бог небо и землю). В эпоху Вдоха воюет Темный Легион, а в эпоху Выдоха - Светлый.

Но Легионеры (воины) рождаются на земле. И пока живут, подвергаются большой опасности. Попав в сети Иллюзии (интерпретация ада), легионер теряет свою божественную силу и не может подняться высоко, чтобы исполнить предназначенную Богом миссию (разрушить либо построить в зависимости от цвета легионера). Таким образом, определившись с теорией, Миха применяет ее на практике. Ходит по дворам с мешком, встречается с детьми (уличными мальчишками), достает из мешка какую-нибудь вещь, нужную тому или иному мальчику и меняет ее на ценность, которая у того есть. Именно на ценность. Так, например, в 60-е годы Мехмед Хасанов снял с себя полумесяц (мусульманская святыня), чтобы обменять его на серп. Спустя время Мехмеду перерезали горло серпом. Жуткая суть торгов бездомного старика.

Однажды с Михой случается казус. Решив торговать восьмилетнего Монро и принеся ему в мешке кусок тротила, Миха вдруг обнаруживает, что ценностей у пацана нет - Темный Легионер Монро не носит в душе святынь. Так начинается история восхождения бессмертного Монро в талантливые барыги.

«Залив Терпения», к созданию которого приступила 15 лет назад, дал задел всей «Саге», вывел с десяток необычных, гротескных героев. Зина Шломович, Законодательная Власть в трениках и кроссовках на босу ногу, раскатывающая по городу в черном Бэ Эм Вэ седьмой серии и раздающая всем указания. Худой, туберкулезный Прапор, банкующий стволами, ворованными в танковой части поселка Леонидово. Лемпика, двойственная суть необыкновенной красоты которой, подобно Иллюзии, способна сбить с толка, опутать, обвести вокруг пальца всякого смертного. Одноглазый Бродяга, голодный беспризорник, превращенный в собаку, преданно следующую за своим хозяином по дворам маленького города. Шаман, наделенный ясновидением мальчишка, разгадывающий при помощи своих способностей суть торгов Михи. И, наконец, сам Миха, несущий смерть бессмертный барыга, живущий в детских страхах бездомный, горбатый старик с грязным мешком на плече, шаркающий сбитыми сапогами по направлениям города, жгущий костры по ночам на берегу Залива Терпения. Вышедший из моего детства, реальный персонаж, который ходил по дворам с мешком и обменивался со шпаной всякими мелочами. Тогда мы, маленькие, думали: кто поменяется с Михой, тот вскорости помрет. И боялись его до жути. Но когда он приходил, бежали к нему со всех ног и ждали, какой смельчак из толпы детворы обменяется с Михой на этот раз. И ведь находились же смелые.

«Залив Терпения» определил концепт «Саги» и ее центральной повести - «Территории Бум». Миром правят война и торговля. Внимательный читатель сможет проследить эту ниточку в повестях «Саги», узнать в лицах героев Светлых Воинов и Темных Торгашей.

Беседовали Таня Танк и Юлия Михайловская